103160, г.Москва, ул. Профсоюзная, д.84/328(499)794-83-06

Работа органов Военного управления по организации эксплуатации космических систем

28.12.2010

Доклад Председателя Совета межрегиональной общественной организации «Ветераны космоса», действительного члена Академии космонавтики имени К.Э. Циолковского, Заслуженного испытателя космической техники, генерал-лейтенанта Власюка В.М. на военно-научной конференции «Военный аспект Космической эры»

Объявленная тема доклада по своему составу и содержанию определяет объемный курс лекций в учебном заведении. Существует достаточно монографий и учебников по эксплуатации космических систем. Поэтому в своем коротком докладе позволю напомнить, как проходила работа по созданию системы эксплуатации космических средств, а также отмечу причины и проблемы, возникавшие в эти периоды, большинство из которых не потеряли актуальность и сегодня. Поэтому заранее прошу прощения за возможную шероховатость при сравнительном анализе ряда вопросов.

Строго говоря, эксплуатация ВВТ есть один из основных процессов технического обеспечения действий войск (слайд 1), а с другой стороны, применение по назначению – это один из этапов эксплуатации ВВТ, т.е. для таких войск, как Космические войска, это действия по решению своей основной задачи, для которой они созданы (слайд 2).

Вот такой дуализм и такой философский круг возникает вокруг, казалось бы, простого понятия «эксплуатация». Ну, а если сюда добавить романтические слова 50-60-ых годов «НИИР» (научно-исследовательская испытательная работа), то можно уже очень долго ходить в этих уже трех соснах и определять, чем же мы занимаемся: ведем ли систематические обеспечивающие или боевые действия, обеспечиваем ли их, эксплуатируем космические системы или занимаемся научно-исследовательской работой. Ведь даже сегодня, по прошествии многих лет, нет строгих ответов на эти вопросы. А правильные ответы очень нужны, т. к. они должны лежать в основе создания и функционирования соответствующих организационных структур.

Наглядным примером поиска истины «в трех соснах» было недавнее опрометчивое слияние ВКС и РКО с РВСН. И Вы помните, чем это кончилось. Результат: четыре потерянных года. Вроде бы все успокоились. Второй раз наступать на грабли не надо. Но продолжают идти дальше. И это на фоне новых форм войн, воистину космических, осуществляемых нашими коллегами из США и НАТО.

Теперь уже авиацию хотят породнить с Космическими войсками – создать воздушно-космические соединения. Пора бы понять, что только сфера применения и характеристика оружия определяет тактику его применения, а по поводу оперативного искусства надо просто изучить этот вопрос по сообщениям прессы о войнах «наших коллег» - как они для их ведения оперативно создают специализированные центры управления войсками и командуют ими функционально, без линейного переподчинения.

Сложная ситуация складывалась и в начале создания войсковых органов по эксплуатации космических средств. На первом этапе развития службы вооружения частей, полигонов, центров управления спонтанно занимались хранением, транспортированием, техническим обслуживанием и другими вопросами эксплуатации отдельных космических средств. В это время даже слово «эксплуатация» было чем-то инородным для такого понятия, как «космическая деятельность». Это происходило по целому ряду причин. Здесь и естественное желание определиться в целях и задачах нового космического направления. Здесь была и неосознанная и несформулированная объективная разница между системами эксплуатации ракетного и космического вооружения, которая заключалась в том, что космическая система - это постоянно-действующая система получения космического продукта (связи, метео, видео, навигации) с другой – боевая ракетная система РВСН, которую требуется только поддерживать в готовности для практически однократного применения. Но противоречия рождают истину и создавают необходимые условия для правильного организационного оформления органов управления вновь создаваемой системы эксплуатации космических средств.

Необходимо отметить, что в это время усилиями служб вооружения, испытательных управлений космических частей и эксплуатационных подразделений ГУКОС был создан ряд нормативно-технических и директивных документов, таких, как «Руководство по … (РК-75)», «Руководство по эксплуатации КСр (РЭКОС), «Руководство по техническому обслуживанию» (РТОКС), которые легли в основу всей системы документов по созданию, разработке, эксплуатации и ремонту КСр.

В это время создаются Управление эксплуатации НКС, управление эксплуатации 50 ЦНИИКС МО, отделы эксплуатации на полигонах, КИКах. И вполне логично, в лексикон войск и директивные документы командования входят новые и ранее игнорируемые термины:

- система эксплуатации;

- ремонт на орбите;

- категория космического аппарата;

- ракета космического назначения ;

- космическая система (см. слайд 3);

- орбитальная система и др.

Сейчас это понятные термины, но тогда стоило больших усилий объяснить, как проводить ремонт на расстоянии 36 тыс. км и чем отличается РКН от РН. Особенно это было трудно объяснить своим же коллегам, которые стали работать во вновь созданных оперативных подразделениях штабов. Дело доходило до рассмотрения функций, которые выполняются отдельными агрегатами сегодняшнего сложного комплекса вооружения (боевая доставка, боевая транспортировка, боевое поражение). И вот когда все поняли, что ракета-носитель только доставляет КА на орбиту, а сам КА выполняет функции только боевой транспортировки полезной нагрузки, тогда все согласились с тем, что РН и РКН – это разные по своим функциям, устройства, объединенные и используемые в едином комплексе вооружения.

По требованию офицеров Управления эксплуатации, работавших в государственных комиссиях, разработчики вынуждены были создавать эксплуатационную документацию даже на такие организационно-технические комплексы, как КК, РКК, НКУ и др. Вся эта работа проходила в достаточно сложных условиях. Новые понятия и новые взгляды требовали постоянного их отстаивания в высоких кабинетах, на многочисленных совещаниях и закрепления в многочисленных государственных стандартах. Созданная в то время база стандартов – это фундамент сегодняшнего здания. Вершиной этого нормативно-технического процесса стала разработка отдельных томов эскизного проекта «Система эксплуатации МКС «Энергия-Буран», необходимость разработки которой после долгих споров признали и представители промышленности.

Было бы интересно понять, насколько твердо прижился этот элемент в проектах, разрабатываемых сегодня. Но, по-моему, состояние этого фундамента искажается проблемой технических регламентов. И во всей стране, а не только в КВ, не знают, что с ними делать, как использовать существующие стандарты и как логично замкнуть всю систему технических регламентов в сфере техники высоких технологий.

Сложным и трудным был процесс организации рекламационной и военно-экономической работы. Однако, постоянный контроль, автоматизированный учет и регулярные сверки с войсковыми частями сделали свое дело: в течение последних пяти лет существования Военно-космических сил они признавались лучшими в Вооруженных силах СССР по этим вопросам. Конечно, сегодня нет СССР, нет «Основных условий поставки для военных организаций…», но зато появился ряд очень интересных экономических аспектов этой работы. А для сегодняшних скептиков расскажу очень интересный случай из практики того времени:

«По результатам рекламационной работы Военно-космических сил, НПО «Южмаш» был вынужден оплатить расходы Минобороны, связанные с поставкой некачественных КА. Гневу руководства НПО «Южмаш» не было предела. И пошла в Правительство не просто жалоба, а требование о наказании офицера-руководителя, позволившего себе такую жесткость. Но Министр обороны, получив обращение с поручением Правительства, написал на нем: «Ругается промышленность – значит, хороший офицер». Что было дальше, Вам понятно. Все осталось на своих местах, и ущерб Минобороны был компенсирован.

Для устранения подобных случаев в ВКС постоянно велась работа по совершенствованию экономических основ деятельности воинских частей. Так, благодаря предложениям УНКС в 1988-89 гг. были введены дополнения к «Основным условиям поставки вооружения и военной техники» (ПС-89), суть которых состояла в том, что, если отказы ВВТ наказываются штрафными санкциями, то за изделия, которые качественно работают и выполняют задачи за пределами назначенного ресурса, предприятия должны получать соответствующее вознаграждение, и, кроме того, денежное вознаграждение получал и личный состав эксплуатирующих воинских частей, так как благодаря их бережному, правильному и аккуратному использованию ВВТ ее ресурс значительно увеличивался.

Однако в этом документе не были реализованы предложения ВКС по периодическому повышению и закреплению в документации предприятием-изготовителем назначенного ресурса по результатам работы серии образцов.

Не были реализованы и предложения ВКС по учету обязательств поставщика по сроку службы всей орбитальной системы, а также количества КА, которыми за указанный период системой были решены оперативные задачи. То есть, чем меньше КА менялось в орбитальной системе за установленный период существования, тем больший экономический эффект получил бы ее заказчик (государство). Очевидно, что и сейчас подобный подход должен представлять определенный интерес. Тем более, что пример Космических войск по оплате эксплуатантов за качественное поддержание и применение DDN хорошо прижился в ВМФ и авиации. А ведь в КВ цена работы личного состава неизмеримо выше.

Ну и, конечно, наиболее значимым результатом явилось то, что, начиная с 1991 года, ВКС добились права рассчитываться с заказчиками гражданских запусков за оказанные услуги. В результате этих внебюджетных добавок ВКС удалось выжить в тяжелые 90-е годы и даже открыть новый космодром. Все действия ВКС в этот период были экономически счетны: стоимость орбитальной группировки, любого элемента наземной группировки отслеживались благодаря комплексной НИР, которую вел 50 ЦНИИ КС МО. Думается, что сегодня такой мониторинг был бы для КВ тоже нелишним.

Очевидно, что любая система, в том числе и космическая (см. слайд 3), должна начинаться с базы данных, а база данных – это учет всего, начиная с элементной базы изделий и кончая космическим аппаратом и другими сложными изделиями. Так вот, я не ошибусь, если скажу, что сегодняшний учет, впрочем, как и вчерашний, оставляет желать лучшего. Но мало кто сегодня знает, что в архивах 4 ЦНИИ МО должна пылиться практически полная база данных для каталогизации и учета оборудования космических систем, которую сделали в 90-е годы, и представляет она из себя комплект «Схем деления космических систем» различного назначения (связь, метео, разведка и т.п.), которые должны были лечь в основу Системы учета КСр. Однако в силу ряда причин, в том числе и дважды объявляемая Минобороны инвентаризация ВВТ завели этот вопрос в тупик. И найти выход из него теперь очень сложно, но, наверное, необходимо. И в первую очередь, восстанавливая систему, надо восстановить систему информации о качестве и надежности КК, ГОСТ на которую очень помогал работе. Ведь как сказал кто-то из великих, бардак, даже автоматизированный, все равно будет автоматизированный бардак. Без четко спланированных производственных мощностей, запаса материальных ресурсов РН и КА нельзя говорить о стабильной плановой эксплуатации орбитальной системы.

Но это все дела давно минувших лет. А вот проблему сегодняшнего ГЛОНАССа вряд ли можно считать вчерашней. Сегодня, впрочем, как и вчера, нет обоснованного ответа на простые вопросы: с какой периодичностью и сколько необходимо вводить в орбитальную систему КА, и какой минимально необходимый назначенный ресурс они должны иметь? Без ответа на эти вопросы эксплуатирующих войсковых частей, без плановой работы производственных мощностей промышленности, обеспечивающих в том числе и некий оперативный запас РН и КА, эксплуатация системы будет осуществляется в вероятностном режиме, т.е. «работает – не работает». Ну а виноватые будут всегда. Кто? Правильно – военные.

Кстати, о планах. В период устойчивого и зрелого этапа функционирования системы эксплуатации КСр (а мы имеем полное право говорить об устойчивом и зрелом функционировании системы, производившей в год 114-116 пусков РКН (1986-87 гг.) и управлявшей орбитальной группировкой из более чем 200 КА), такая работа без хорошо отлаженного планирования была бы просто невозможна. В то время (1982-1997гг.) планирование представляло собой достаточно серьезный аналитический процесс. Была разработана система показателей и критериев, по которым ежегодно подводились итоги и обосновывалась их величина на следующий год. Затем для достижения необходимого уровня этих критериев разрабатывались соответствующие мероприятия, которые одновременно учитывали и задачи, которые перед системой эксплуатации ставило оперативное применение. Ну а для того, чтобы снизить неожиданность внешних возмущений на систему эксплуатации была принята и ежегодно корректировалась «Концепция эксплуатации КСр», которая отдельным документом входила в перспективные планы строительства ВКС. Кстати, ехидные насмешки и остроты над этим невиданным в войсках документом прекратились, когда через год после создания указанной «Концепции..» Генеральный штаб в директивном порядке предложил видам и родам войск разработать подобные Концепции. И очевидно, что, сегодня, имея такие документы по определению долгосрочной перспективы, был бы более эффективно демпфирован шок от расформирования космодрома «Свободный» А сегодняшним органам планирования создания космодрома «Восточный» нелишне было бы еще раз напомнить слова маршала Советского Союза Г.К.Жукова на заседании Правительства по созданию командно-измерительного комплекса по управлению КА: «Эту работу никто, кроме военных, не выполнит». Этот тезис и сегодня еще очень актуален.

На этом разрешите закончить свое выступление об организации работы военных органов при проведении эксплуатации космических средств. Выступая сегодня, я априори надеялся, что мое выступление не пройдет даром, если вызовет определенный интерес в определенных головах, и если это случилось, я считаю свою задачу полностью выполненной.

Труженики космоса,© 2010-2013
ОСОО "Союз ветеранов Космических войск"
Разработка и поддержка
интернет-портала - ООО "Сокол"