103160, г.Москва, ул. Профсоюзная, д.84/328(499)794-83-06

Морской командно-измерительный комплекс в условиях роста сложности и объемов испытаний космической техники, длительных пилотируемых полетов, расширения международных космических программ.

01.02.2011

Рост сложности и объемов задач, выполняемых экспедициями в продолжительных рейсах, высокая ответственность за результаты операций по управлению космическими аппаратами потребовали совершенствования всей работы  по  подготовке экспедиций к выходу в рейсы, подбору сотрудников экспедиций, обучению и вводу их в состав  боевых расчетов в короткие сроки, улучшения политико-воспитательной работы с инженерами и техниками,  повышения их бдительности и дисциплинированности, совершенствования работы партийных организаций.  

Большой вклад в дело совершенствования качества и повышение надежности управления космическими аппаратами, поддержание высокого уровня политико-морального состояния и высокой работоспособности коллективов экспедиций внесли многие офицеры-руководители воинских частей (начальники экспедиций) и их заместители. Из рейса в рейс они совершенствовали работу, добивались высокой слаженности расчетов при выполнении основной задачи управления космическими аппаратами, поддержания в коллективах атмосферы высокой взаимной требовательности и ответственности, постоянной бдительности и дисциплины сотрудников экспедиций. Продолжительное время войсковыми частями 9-го Отдельного морского командно-измерительного комплекса руководили офицеры:

-войсковая часть (далее - в/ч) 30108-Научноисследовательское судно (НИС) «Космонавт Юрий Гагарин» - Дулин Ю.В., Никифоров В.Г.,Жарков Н.С.;Маслов А.В.,Пыпенко Г.В.;

-в/ч 29466-НИС «Космонавт Владимир Комаров» -Маслов А.В.,Черников А.Ф.

Лиманский В.В.;

-в/ч 29508-НИС «Академик Сергей Королев»- Поздняков И.Н., Москалец А.П.,

Феоктистов В.С.;

-в/ч 30057-НИС«Боровичи»-НемытовЮ.В.,ПономаревВ.М.,КизьяковВ.С.

ЖуринВ.Ф,Боцва В.Я , Мовчан Г.В. ;

-в/ч 29480-НИС-«Невель»-Жарков Н.С., Масленников А.А., Прусаков С.А.,

Самойленко А.В.;

-в/ч 40217-НИС-«Кегостров» –Минкин А.И.,Прусаков С.А.,Серпиков С.В.;

-в/ч 40215-НИС-«Моржовец»-Щеглов А.В., Бонах В.Г.., Выдранков А.И.,

Чуднов В.Л.;

-в/ч 59945-НИС-«Космонавт Виктор Пацаев»-МасленниковА.А.,

Колесников Н.В., Манаков С.С.;

-в/ч 49517-НИС-«Космонавт Владислав Волков»-Жарков Н.С.,,Аброскин О.М,.

Кравцов А.П.;

-в/ч 49504-НИС-«Космонавт Павел Беляев»- Кизьяков В.С., Аникеев М.А.;

-в/ч 59944-НИС-«Космонавт Георгий Добровольский»-Поздняков И.Н.,

Выдранков А.И., Серпиков С.В., Грищенко А.Е.

Многие из них совершили десятки рейсов, стали умелыми организаторами успешной работы экспедиций по выполнению сложных задач освоения космического пространства. Большую помощь начальникам экспедиций оказывали заместители по политической части, в обязанности которых входило множество задач, начиная от организации партийно-политической работы, воспитания офицеров и служащих СА, поддержания высокой политической бдительности и дисциплины.

Районы плавания научно-исследовательских судов космического флота определялись задачами по управлению космическими полетами. Расположение судов в акватории Мирового океана преследовало цель исклю­чить витки, на которых отсутствовал бы контроль заполетом, или получить информацию со спутников в тех точках их орбит, в которых на борту совершаются какие-либо операции, важные для исследований, выполняемых в космосе, для последующего функционирования бортовой аппаратуры.

Если информация должна поступать в Центр управления полетом в темпе приема из космоса, а наземные измерительные пункты не могут этого обеспечить, то задача ложилась на научно-исследовательские суда.

Районы их плавания захватывали Атлантический, Индийский и Тихий океаны, а также ряд внутренних морей. Наиболее часто сеансы связи с космосом проводились из Северной и Центральной Атлантики, из Мек­сиканского залива, Карибского и Средиземного морей. Можно ориентировочно указать границы районов плавания: по широте—от 65° северной до 60° южной, по долготе—от 115° восточной до 85° западной, от Исландии на севере до мыса Горн на юге.

Поэтому не удивительно, что климатические условия, в которых работали экспедиции, были очень разнообразны. Еще большее разнообразие вносили времена года.

Экспедиции, работавщие вблизи берегов Канады, а также у южной оконечности Американского континента, в зимнее время испытывали трудности из-за частых и сильных штормов и низких температур воздуха, доходящих до —30° С. При таком холоде неизбежно обледенение судна, обледенение антенн, что мешало выполнению экспедиционных работ. При сильном ветре (свыше 7—8 баллов) сеансы связи, как правило, не проводились. Суда уходили в соседние районы, где погодные условия позволяли работать (если это допускали задачи сеансов связи), или пережидали шторм в точке, определенной для работы.

В летние месяцы в крайних северных и крайних южных районах плавания часты туманы, ясная погода бывает всего несколько дней в месяц.

На проведение сеансов связи с космическим аппаратом это не влияет, но создает значительные трудности для судоводителей, которые должны обеспечивать безопасность плавания при отсутствии видимости в тумане. Характерным в этом отношении является район острова Сейбл в Северной Атлантике, в котором часто работали корабли. О климате в этом районе красноречиво говорит бытующее среди моряков название — «Полюс туманов».

В Карибском море и Мексиканском заливе, в северной части Индийского океана климат тропический. Он характеризуется высокой температурой воздуха (до +40° С) и высокой относительной влажностью. На всех научно-исследовательских судах обеспечивались нормальные условия для жизни и работы участников экспедиций в таких условиях: в жилых и служебных поме­щениях создавался необходимый микроклимат с помощью системы кондиционирования и вентиляции. Это же относится и к экспедиционному оборудованию— сложным радиотехническим и электронным системам.

Для них во всех климатических поясах и в любое время года создавался режим по температуре и влажности, требуемый техническими условиями.

Научно-исследовательские суда космической службы базировались на порты Ленинграда и Одессы. Для экспедиций, выходивших в рейсы из Одессы, типичным являлся маршрут: Одесса—проливы Босфор и Дарданеллы—Средиземное море—Атлантический океан—Канарские острова—остров Куба—Карибское море— Мексиканский залив—северная часть Атлантического океана. Протяженность такого маршрута составляла примерно 10 тыс. миль.

Для судов, уходивших в рейсы из Ленинграда, типичным являлся другой маршрут: Ленинград—Балтийское море—Северное море—пролив Ла-Манш—Атлантический океан — Канарские острова. Далее маршрут разветвляется: Гвинейский залив—Индийский океан (или через Суэцкий канал—Красное море); Центральная и Южная Атлантика — Огненная Земля — Тихий океан; остров Куба. Расстояние по океанским путям наиболее отдаленной точки этого маршрута от Ленинграда свыше 10 тысяч миль. За один рейс суда проходили обычно около 30—40 тысяч миль.

Климатические условия при плавании по обоим маршрутам изменяются очень быстро и очень значительно. Если из Ленинграда или Одессы экспедиции уходили зимой, или осенью, когда там холодно, то ленинградцы примерно через 10—12 сут, а одесситы через 8 суток попадали в субтропики и затем в тропики, т. е. в жаркий климат. Затем суда, идущие на работу в точки, которые находятся примерно на 50° южной или северной широты, снова попадали в холодный климат со штормами, а в летнее время года — с сильными туманами.

На судах работали два коллектива: экипаж, подчиненный пароходству, и экспедиция Академии наук СССР. Но прочный успех экспедиционных рейсов достигался лишь на тех судах, где экипаж и экспедиция во всех звеньях, начиная от капитана и начальника экспедиции, работали дружно, с полным взаимопониманием, как единый организм.

Взаимопонимание особенно было необходимо при проведении сеансов связи в сложных условиях — при ветре и волнении океана. Тогда многое зависело от мастерства капитана: он должен был выбирать такие курсы и скорости, чтобы свести к минимуму проявления качки. И в то же время нужно было помнить о корабельных радиотехнических системах, антеннам которых нужны заданные углы об­зора. Сеансы связи в этих условиях требовали полной отдачи сил и от вахтенного состава экипажа, и от работающих на экспедиционном оборудовании техников, инженеров и научных сотрудников, точной координации их действий.

Экспедиция обслуживала сложное корабельное радиотехническое оборудование. Экипаж обеспечивал судовождение, техническое обслуживание главной машины судна, систем электропи­тания, кондиционирования, вентиляции, водоснабжения. В ведении экипажа находились также питание, меди­цинская помощь и бытовое обслуживание.

Кроме науч­ного и инженерно-технического состава службы косми­ческих исследований, в экспедиции часто включались представители других научных организаций.

Распорядок на судне был подчинен прежде всего выполнению экспедиционных задач. Работы по контролю и управлению космическими полетами проводились в раз­личное время суток. Сеансы связи могли смещаться, распорядок дня тоже смещался.

Вся жизнь на экспедиционных судах была сопряжена со специфическими трудностями: продолжительные рейсы, движение ограничено замкнутым пространством судна, а общение — относительно немногочисленным коллекти­вом экипажа и экспедиции. Многим доставляла большие неприятности качка. К этому добавлялись обычные сложности работы, присущие любому измерительному пункту. Они вызываются скоротечностью и насыщенностью сеансов связи, высокой ответственностью за результаты выполняемых операций, тем, что неудача одного из операторов или отказ одного из многочисленных приборов часто ведет к невыполнению программы сеанса и неудаче всего коллектива. Работы по управлению полетом космических аппаратов научно-исследовательские суда проводили на якорной стоянке, в дрейфе или на ходу—в зависимости от глубины моря в районе работы, от погодных условий и задач сеансов. Положение корпуса судна (курс) выбиралось так, чтобы обеспечить наибольшие углы обзора антенн в заданных направлениях.

Сеанс связи очень короткий по времени (5-7 минут), требует напряженной работы всех специалистов экспедиции и экипажа судна. Расчеты технических радиосредств начинают подготовку к нему сразу после выхода в рейс. Проверка работоспособности аппаратуры, ежедневные тренировки всех номеров расчета, ввод в строй новых сотрудников, тренировочные и зачетные сеансы связи с центром управления полетом, изучение программы полета и особенностей управления конкретным космическим аппаратом – всё это направлено на главное: исключить срыв сеанса, обеспечить безотказную работу техники и сотрудников экспедиции.

И вот корабль прибыл в назначенную точку. Несмотря на погоду, а может быть в этом месте шторм и туман, холодный ветер или тропическая жара экипаж и экспедиция должны действовать, так, чтобы обеспечить выполнение всех задач управления полетом космического аппарата.

Сеансы связи (5-6 суточных витков) следуют один за другим с интервалом примерно полтора часа, расчеты не покидают рабочие места 10-12 часов в сутки, распорядок жизни экипажа и экспедиции может смещаться на ночное время. Такой режим работы экспедиции сохраняется 5-6 месяцев, пока не придет в эту точку другое судно или центр управления полетом не разрешит заход в порт для пополнения запасов продовольствия и воды.

О рабате корабельных измерительных комплексов вспоминает капитан 1-го ранга Валентин Сергеевич Феоктистов, командир ОМКИК в течение шести лет.

«Рейсы кораблей морского комплекса проходили по Атлантическому и Индийскому океанам. В районе Ньюфаундленда, где Лабра­дорское течение сталкивается с тёплым Гольфстримом часто пробирались через плотную стену тумана. А порой, и океанская волна ставила свой «штамп» проверки на проч­ность на борту судна.

Один раз убегали от шторма, развора­чивались и получили в скулу такой удар, что была вмятина диаметром 2 метра и глубиной 30 сантиметров. Потом на судоремонтном заводе выправляли. Хотя и плывёшь на такой большой посудине, как например, «Академик Сергей Коро­лёв», но в океане чувствуешь себя песчинкой.

В сильную непогоду страдали и люди, и техника. Параболические антенны были рассчи­таны для работы при скорости ветра не более 20 метров в секунду и не более 6 баллов шторма.

Часто приходилось нарушать эти технические требования. Сообщаешь в ЦУП, что ветер или шторм больше допустимого, а они просят: «Потер­пите». Кончилось тем, что в 1980 году в рейсе антенна вышла из строя, перестала управляться. С земли пытались руководить ремонтными рабо­тами, но результат был неутешительный. Пошли на Кубу, чтобы заняться устранением поломки на спокойной воде, без качки. Переход семь суток. В бухте Нипе сформировали группу. Приняли уча­стие все специалисты, кто хоть в какой-то мере соображал «в железе». С помощью мощных дом­кратов, взятых в машинном отделении судна, подняли станину антенны. Обнаружили, что срезало один из штырей, на которых держалась конструкция. У механиков в машинном отделении высвер­лили ему подобный штырь, закалили (всё по науке), вставили на место сломанного штыря - всё заработало. С ремонтом управились за 10 дней, а такой ремонт только в заводских условиях возможно сделать. Сломанный штырь потом отдали в институт, провели экспертизу, выявили заводской дефект.

Основной пик работы морского комплекса пришёлся с 1977-го по 1990 годы. Это время дли­тельных пилотируемых полётов орбитальных станций, расширение международных косми­ческих программ. Запуски, стыковки и рассты­ковки, посадки...

Получалось, уходишь в рейс на шесть месяцев, потом начинают откладывать какие-то запуски, переносить сроки, в результате при­ходилось и по восемь месяцев в океане мили наматывать.

Участники похода, не успев отдохнуть после рейса, готовились к новому выходу. Много вре­мени уходило на оформление виз и разного рода бумаг.

В экипаже и экспедиции костяк оставался, но, конечно, кто-то уходил. В первых рейсах было не очень тяжело: отработал, в порт зашёл и жди, когда новую ракету или спутник запустят, а когда стали выполнять большие объёмы работ, надо было посто­янно находиться в рабочей точке. Разрешения на посещение портов у ЦУПа выбивали с трудом, объяснение одно: «У нас важные операции, надо, чтобы вы были на месте».

Все эти особенности работы и жизни сотрудников экспедиций требовали поддержания высокого политико-морального состояния личного состава, проведения в рейсах активной воспитательной работы, повседневного совершенствования работы партийных, комсомольских и профсоюзных организаций.

В 1973 году в 9 ОМКИК создается политический отдел, на который в соответствии с «Положением о политорганах в СА и ВМФ» возлагается руководство партийными, комсомольскими и профсоюзными организациями, работой заместителей начальников экспедиций по политической части, проведение организаторской и партийно-политической работы, направленной на успешное выполнение задач в рейсах, укрепление политико-морального состояния и дисциплины. Начальником политотдела был назначен и работал в течение 9-ти лет полковник Балабай И.А.

Политическим отделом, руководящим составом 9-го ОМКИК и штатными заместителями начальников экспедиций по политической части, которые были назначены в 1973 году сначала в трех а в 1977-м году - во всех экспедициях, проводилась многообразная организаторская и политическая работа, которая обеспечила высокие показатели в решении всех задач, возложенных на 9-й ОМКИК. В течение продолжительного времени комплекс в целом отмечался вышестоящим командованием в числе передовых частей, а по итогам нескольких лет завоевывал звание «отличного комплекса».

Пример во всех делах показывали коммунисты. На персональном учете в политотделе 9–го ОМКИК постоянно состояло более пятисот коммунистов (в 1982году- 557 коммунистов и 213 членов ВЛКСМ). Абсолютное большинство офицеров и прапорщиков (98,8%) были коммунистами, а среди инженеров и техников (служащих СА) партийная прослойка составляла 36-40%. Количество членов и кандидатов в члены КПСС ежегодно росло (около 30-ти человек принималось в члены КПСС и 25-30 - в кандидаты).

С введением штатных заместителей начальников экспедиций по политической части и освобожденных секретарей партийных организаций партийно-политическая работа в экспедициях стала более целенаправленной и продуктивной, повысилась ее действенность, на новый уровень поднялась идейно-воспитательная работа и работа партийных, комсомольских и профсоюзных организаций.

Под руководством политического отдела 9 ОМКИК и политотдела войсковой части 32103 офицерам-политработникам удалось совершенствовать стиль всей воспитательной работы, создавать в экспедициях атмосферу дружной совместной работы всех офицеров и служащих СА на партийной основе, активизировать работу партийных организаций. Значительный вклад в это внесли офицеры-политработники: КосмодемьянскийВ.Н., Казанцев Г.В., Осолинский П.И., Беловол А.Р., Скрипай В.А., Омельченко В.К., Матушкин Н.Г., Дятлов В.Е.. Теньков В.Д.. Прокофьев А.Н., ,Сокуренко Н.Ф., Самохвалов Г.И., Абрамов В.Ф., Гулевич В.М., Мудряк Б.П., Малышев В.М., Дивержиев С.В.,

Селиванов В.М., Плетнев В.Н., Рыжов А.И.

Это были в основном уже опытные организаторы, зарекомендовавшие себя на партийной работе в наземных частях. Но условия экспедиционных рейсов требовали от них новых форм и методов работы.

В экспедициях и на суше в политическом отделе шла постоянная учеба и обмен опытом работы, отбрасывалось все лишнее и не нужное, прочно входило в жизнь новое, которое необходимо было в море для успешного выполнения основной задачи и поддержания высокой политической бдительности и дисциплинированности всего личного состава. Творчество в партийно-политической работе, поиск форм и методов, которые были наиболее действенными, стало правилом каждого политработника.

Глубокий анализ партийной работы состоялся на первой партийной конференции морского комплекса, которая состоялась в 1975 году. Здесь наряду с успехами были вскрыты и недостатки в работе и намечены пути их устранения. Регулярное проведение партийных конференций, сборов и занятий руководящего состава экспедиций позволило улучшить воспитательную работу, слаженность боевых расчетов и выполнять задачи рейсов без каких либо нарушений воинской, трудовой дисциплины и правил поведения за рубежом.

Руководящий состав управления морского комплекса и работники политического отдела встречали экспедиции за несколько суток до прибытия судов в порты приписки, за время перехода в порт заслушивали доклады начальников экспедиций и их заместителей об итогах рейса, здесь же намечались основные мероприятия на межрейсовый период.

Большое внимание экспедициям морского командно-измерительного комплекса уделялось вышестоящим командованием. Экспедиции подвергались проверкам как перед выходом в рейс, так и по возвращению из рейсов. Руководящий состав управления морского комплекса принимал участие в выполнении задач, выходя в составе экспедиций в длительные рейсы.

Командование КИКа (войсковой части 32103) систематически заслушивало доклады начальников экспедиций о готовности к выполнению конкретных задач, об укомплектованности экспедиций кадрами командного и инженерно-технического состава. Командиром в/ч 32103 генералом-лейтенантом Шлыковым Н.Ф. всегда оперативно принимались все необходимые решения и отдавались соответствующие распоряжения. Начальник политического отдела в/ч 32103 генерал-майор Мартынов И.М. постоянно глубоко вникал в работу начальников экспедиций и их заместителей, партийных и комсомольских организаций морского комплекса, лично встречал экспедиции, детально знал запросы и нужды личного состава. На сборах руководящего состава частей командно-измерительного комплекса по докладу начальника политического отдела 9-го ОМКИК подвергалась анализу работа в наземных частях КИКа по подбору в экспедиции ОМКИК офицеров и инженерно-технического состава из числа увольняемых в запас рядовых и сержантов.

Политическая работа в ОМКИК, как и во всех частях 32103, велась непрерывно и активно в соответствии с «Положением о политорганах в СА и ВМФ». Но в работе политического отдела морского комплекса были существенные особенности, вытекающие из специфики длительных рейсов, сжатых сроков подготовки к выполнению задач и длительной оторванности личного состава от родины.

Прежде всего, особенно важна была кропотливая индивидуальная воспитательная работа с каждым членом экспедиции, тщательное изучение всех личных качеств сотрудников. Постоянное внимание к каждому офицеру, инженеру и технику и своевременная помощь со стороны руководящего состава, как правило, исключали неправомерные поступки, которые могли быть вызваны трудностями длительных рейсов, напряжениями при выполнении многочисленных сеансов связи с космическими аппаратами. Работа по изучению офицеров и оказанию помощи членам их семей, по отбору рядовых и сержантов, рекомендуемых в экспедиции, проводилась в наземных частях и постоянно осуществлялась в морском комплексе, как на суше, так и в море.

Выездные документы рассматривались и утверждались командованием в/ч 32103 и ГУКОС с последующим представлением в выездную комиссию ЦК КПСС. Политическим отделом и отделом кадров ОМКИК строго соблюдалась установленная система рекомендации к выполнению последующих рейсов и утверждения характеристик на каждого члена экспедиции партийными, комсомольскими и профсоюзными организациями по итогам каждого рейса.

Находясь в многомесячных экспедиционных рейсах, моряки и научные сотрудники ни на один день не теряли связи с Родиной.

Политическим отделом проводилась большая работа по информированию экспедиций о событиях в обшественно-политической жизни страны. На судах принимались радиовещательные программы советских радиостанций, регулярно сообщалось содержание важнейших политических документов. Для этого использовались средства буквопечатающей телеграфной связи, телефон, судовая факсемильная аппаратура и системы широкополосной спутниковой связи в трех крупных экспедициях.

В политическом отделе (в Москве) функционировал специальный пункт информации, внештатные пункты информации работали в каждой зкспедиции. По каналам БПЧ-телеграфа передавались материалы для пропагандистов, международные обозрения статьи из центральных газет. В среднем за год из политотдела ОМКИК передавалось до двухсот телеграмм (до 300 тысяч групп). Объем этой информации был ограничен наличием времени связи с флагманами по связи, которыми являлись крупные суда. Небольшие экспедиции кроме материалов, полученных с флагмана по связи, вели поиск и осуществляли размножение информации, которую они получали от береговых радиостанций (АПН, ЦУС ММФ, Калининград, Жданов, Ленинград). Производилась также запись радиовещательных станций на магнитофоны с последующей их трансляцией по судовым трансляционным сетям, прием фотогазет-факсемиле «Моряк Балтики» Балтийского морского параходства и «Моряк» Черноморского морского пароходства. На три крупные экспедиции проводились передачи телевидения (В 1981 году было проведено 27 сеансов объемом 51 час средствами 4 управления в/ч 32103 по заявкам политотдела ОМКИК) Работа политотдела по политическому информированию постоянно анализировалась, вносились предложения командованию 32103 по увеличению потоков информации и поставке на суда новой аппаратуры. Эти предложения политического отдела, как правило, находили свое решение.

Постоянное внимание уделялось обеспечению экспедиций периодической печатью. Центральные газеты были выписаны в порты приписки судов и доставлялись на суда при их стоянке в портах или с попутными судами, следующими в районы работ. Остальные периодические издания (до 10-ти на каждую экспедицию) собирались библиотекой, созданной при политотделе ОМКИК в Москве, и вместе с заблаговременно подобранной библиотечкой художественной литературы, обновляемой после каждого рейса, забирались в рейс.

Очень популярны на судах были стенная печать и радио­газеты, передаваемые по трансляции. Развитие творчества членов экспедиций было в центре внимания политических работников. Нередко можно было увидеть на судах группы моряков и научных сотрудников, оживленно обсуждающих свежий номер стенной газеты. Корабельные литераторы, художники, фотогра­фы обычно не жалели сил и времени, и наиболее удачные материалы «малой прессы» живо обсуждались под­час несколько дней.

На многих кораблях («Космо­навт Юрий Гагарин», «Космонавт Владислав Волков») были созданы музеи. В них было немало ценных экспонатов, отражающих этапы развития советской космонавтики. Музеи пользовались вниманием у всех посетителей, приходивших на суда, в портах приписки, и в зарубежных портах заходов.

На судах морского комплекса проводилась большая работа по организации досуга и активного отдыха участников экспедиций. Здесь имелись библиотеки, салоны для отдыха, в том числе музыкальные. В каждой экспедиции была налажена художественная самодеятельность. Проводились репетиции, готовились концерты к праздничным датам. Самодеятельные артисты давали концерты не только на своем судне. Участники художественной самодеятель­ности выступали, например, с концертами на Кубе в Посольстве СССР в Уругвае и на других судах во время встреч в море.

Яркими, запоминающимися и массовыми представле­ниями отмечали на кораблях праздники и памятные даты. Среди них традиционный день Нептуна—день, в который судно пересекало экватор.

Автономность плавания большинства судов космического флота определялась запасами пресной воды и составляла около 30 суток. Требовали пополнения и судовые запасы скоропортящейся провизии. Поэтому примерно один раз в месяц научно-исследовательские суда заходили в иностранные порты. Для участников экспедиций такие заходы давали драгоценную воз­можность почувствовать под ногами твердую землю, отдохнуть от морской качки, отбросить ограничения в движении, обусловленные жесткими рамками жизни экспедиции на судне. В это время организовывались экскурсии, поездки на пляжи.

Наиболее часто научно-исследовательские суда заходили для пополнения запасов воды, продовольствия и для отдыха участников экспедиций в следующие иностранные порты: на побережье Африки—Касабланка, Дакар, Конакри, Абиджан, Пуэнт-Нуар; на побережье Азии — Сингапур, Аден; на побережье Америки — Галифакс, Веракрус, Монтевидео; а также Лас-Пальмас и Санта-Крус (Канарские острова); Гавана и Сьенфуэгос (остров Куба); Джемстаун (остров Св. Елены); Порт-Луи (остров Маврикий); Виллемстад (остров Кюрасао); Гибралтар и Сеута (в Средиземном море).

Заходы в порты использовались для ознакомления с памятниками истории и культуры, достопримечательностями зарубежных стран. Наибольшие возможности для этого бывали в кубинских портах, где стоянки судов были более продолжительны.На Кубе организовывались экскурсии на предприятия, в музеи, ботанический сад, в дом, где жил последние годы Э. Хемингуэй, в живо­писные уголки тропической природы.

Интересные экскурсии были организованы в порту Веракрус к пирамидам, построенным древними племенами, в портах Лас-Пальмас и Санта-Крус к кратерам потухших вулканов, которые находятся на большой высоте над уровнем моря. Члены экспедиций знакомились и с другими памятниками и достопримечательностями, много фотографировали.

Общественность зарубежных стран живо интересовалась кораблями науки, радушно встречала гостей из СССР. Набережные заполнялись людьми, с интересом рассматривающими корабли науки. Особенное внимание привлекал к себе флагман научного флота «Космонавт Юрий Гагарин». На суда приходили экскурсанты. Сотрудники экспедиций рассказывали о достижениях советской науки в освоении космического пространства. Газеты зарубежных стран, в порты которых приходили научно-исследовательские суда, публиковали о них статьи и фотографии. Экспедиции на судах космической службы играли важную роль посланцев Советской страны, пропагандировали за рубежом наши достижения в области космической науки и техники.

Наряду с работой по пропаганде советского образа жизни и достижений советской науки постоянно совершенствовалась работа по разоблачению происков иностранных спецслужб, направленных на распространение среди сотрудников экспедиций в портах заходов различных антисоветских изданий. Особенно активно проводилась работа различными спецслужбами с целью склонить советских моряков к измене Родине, к незаконным сделкам и под любыми предлогами вручить антисоветские издания в портах Лас-Пальмас (Канарские острова), Гибралтар (Великобритания), Галифакс (Канада). В 1980 году в связи с осложнением международной обстановки участились провокации и отказы в заходах в порты, что отражалось на снабжении судов продуктами питания, топливом, водой и требовало высокой политической бдительности, стойкости и выдержки от сотрудников экспедиций и экипажей судов.

В связи с этим Политуправлением РВ СН была поддержана инициатива политотдела Морского комплекса, и в его штат был введен инструктор по спецпропаганде, На эту должность был назначен инициативный грамотный политработник А.Н.Прокофьев. Заместители начальников экспедиций по политчасти перед выходом в рейс в политотделе получали подробную ориенировку об обстановке в портах предполагаемых заходов и инструктаж о формах и методах работы. С самого начала эта работа стала приносить реальные результаты. Сотрудники экспедиций во время стоянок в иностранных портах проявляли постоянную политическую бдительность, высоко несли честь и достоинство советского моряка.

Хорошую разрядку во время напряженной экспедиционной работы давал спорт. На всех научно-исследовательских судах были спортивные залы, открытые (а на больших кораблях, таких как «Космонавт Юрий Гагарин», и закрытые плавательные бассейны).

На судах проводились соревнования по различным видам спорта: волейболу, баскетболу, шахматам, настольному теннису. В них участвовало большинство членов экипажа и экспедиции. Спорт являлся важным звеном в воспитательной работе. Особенностью судовых условий было то, что там «все рядом», характер работы у членов экспедиции малоподвижный. В этих условиях занятия физкультурой и спортом являлись лучшим средством физической закалки и поддержания высокой работоспособности в течение длительного рейса.

Коллективы экспедиций, находясь в рейсе, участвовали в выборах в Верховный Совет СССР и другие выборные органы, которые проводились в нашей стране. На судах организовывались избирательные участки, создавались избирательные комиссии. Голосование начиналось, как и по всей стране, в шесть часов утра, но по судовому времени.

Газеты, журналы, телевидение и радио нашей страны часто публиковали материалы о работе и жизни участников экспедиций на судах космической службы. Если такие газеты и журналы попадали на судно с очеред­ной почтой, то их обычно помещали на видном месте в витрину для всеобщего ознакомления. Внимание Родины было особенно дорого, когда люди находились от нее за многие тысячи километров.

  • Памятные даты


  •      

    Май 2017


    Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
    1 2 3 4 5 6 7
    8 9 10 11 12 13 14
    15 16 17 18 19 20 21
    22 23 24 25 26 27 28
    29 30 31 1 2 3 4
Труженики космоса,© 2010-2013
ОСОО "Союз ветеранов Космических войск"
Разработка и поддержка
интернет-портала - ООО "Сокол"